70b9f162     

Серова Марина - Евгения Охотникова 09



Я БОЛЬШЕ НЕ ШУЧУ
Марина СЕРОВА
Анонс
Главе небольшого фермерского хозяйства, Александре Стольник угрожают бандиты. Чтобы отстоять свои владения отважная женщина нанимает профессионального бодигарда Евгению Охотникову.

Методы бандитов безжалостны: на фермершу совершено покушение, а ее единственный сын заперт в психушке. Но они еще не знают, с кем связались. С Евгенией шутки плохи.

А что будет, если ее разозлят...
Глава 1
Голос в телефонной трубке был взволнованным.
- Слушайте, что я скажу, и не перебивайте, - слышалось тяжелое дыхание. - У меня очень мало времени, поэтому... В общем...
- Хорошо, - спокойно сказала я и нажала кнопку "пуск" автоответчика.
Магнитофонная лента мягко зашуршала, но женщина на том конце провода умолкла. "Ну говори же, раз у тебя мало времени", - подумала я.
- Нам надо встретиться. Это срочно...
- Где?
- В супермаркете рядом с колхозным рынком.
Через полчаса, то есть ровно в половине третьего.
Я тут же нарисовала в памяти антураж вышеназванного заведения и прикинула ориентиры, на которые можно сослаться, чтобы назначить свидание. Однако...
- Давайте определимся конкретнее, - мягким голосом, чтобы не посеять панику, произнесла я. - Площадь супермаркета занимает пятьсот квадратных метров. Приблизительно, конечно.
- Вы пройдете через главный ход, - держа в руках книгу "Война и мир" Толстого.
- Как?! Все тома сразу? - Конечно же, нет. Какой-нибудь, лишь бы было видно название "Война и мир".

В вашем доме есть такая книга?
- Разумеется. - Я уважительно посмотрела на книжные полки. У моей тетушки, у которой я живу, чего только нет! Предпочтение же она отдает детективам...
- Вы подойдете к отделу кондитерских изделий и займете очередь. Я встану сзади вас и сама начну разговор.
- Скажите хотя бы, как вас зовут? Хоть что-нибудь я должна знать.
- Александра Ивановна Стольник. Мне сорок пять лет. Все, я не могу больше говорить и вешаю трубку.
Я не стала возражать против окончания разговора и выключила запись только после того, как в трубке раздались короткие гудки.
Перемотав пленку на начало, я прослушала наш разговор еще раз. Причем мои реплики меня не интересовали, поскольку никакой информации они не несли.

Я слушала голос некой Александры Ивановны Стольник и не могла отделаться от мысли, что таким голосом говорят на смертном одре, когда прощаются с собравшимися вокруг родственниками. Причем одни из них искренне сожалеют о вашем уходе из этого мира, другим все равно, а третьи, которым ничего не перепало в личную собственность согласно завещанию, мысленно желают вам ускорить "отправление поезда".
Запись на автоответчике была очень плохой, она шипела и скрежетала, словно я слушала граммофон с заезженной пластинкой на 98 оборотов в минуту.
Прослушав ее, я пришла к выводу, что все услышанное мною - бред страдающего манией преследования параноика. Я знала кое-что об этом недуге, который в толковом словаре обозначается как хроническая душевная болезнь, характеризующаяся тяжелыми бредовыми переживаниями. Моя собеседница явно переживала, это ясно.
Я поморщилась, вспомнив песенку о весне, что "опять пришла.., как паранойя". Нормальные люди, я уверена, с нетерпением ждут весну и радуются ее появлению, как обновлению мира. Приходу паранойи вряд ли кто радуется, скорее наоборот.

И если весна будет приходить как паранойя - с бредовыми приступами, - то скоро наша планета станет одним общим сумасшедшим домом. Хотя она уже напоминает таковой, особенно в отдельно взятой стране под названием Россия.
Как бы то ни б



Назад