70b9f162     

Сергеев-Ценский Сергей - Зауряд-Полк (Преображение России - 8)



Сергей Николаевич Сергеев-Ценский
Преображение России
Эпопея
Зауряд-полк
Роман
{1} - Так обозначены ссылки на примечания соответствующей страницы.
Содержание
Глава первая. - Миллионы
Глава вторая. - Охотник за черепами
Глава третья. - Идиотский устав
Глава четвертая. - Зауряд-люди
Глава пятая. - Конец дружины
Примечания
ГЛАВА ПЕРВАЯ
МИЛЛИОНЫ
I
Только что кончился первый месяц мировой войны, когда в канцелярии
одной из ополченских дружин, расположенных в Севастополе, с утра сошлись:
заведующий хозяйством подполковник Мазанка, командир роты, поручик Кароли,
адвокат из Мариуполя, грек, и недавно прибывший в дружину, назначенный
начальником команды разведчиков, прапорщик Ливенцев, призывом в ополчение
оторванный от работы над диссертацией по теории функций.
В приказе по дружине было сказано, что они трое в этот день должны
были, как члены комиссии, обревизовать месячную отчетность эскадрона, хотя и
причисленного к дружине, но стоящего где-то в отделе, а где именно - этого
не мог объяснить им командир дружины полковник Полетика. Впрочем, этот
странный человек редко что мог объяснить, и теперь он, коротенький,
бородатый, голубоглазый, близкий к шестидесяти годам, но больше рыжий,
нежели седой, сидя у себя за столом в кабинете, говорил им:
- Так вот, красавцы, вы уж там смотрите, наведите порядок у этого
ротмистра... вот черт, - совсем забыл, как его фамилия!.. Лукоянов, а? Или
Лукьянов? С усами такими он черными.
- Лихачев, кажется, - сказал Мазанка.
- Ну вот - конечно... конечно, Лихачев!.. Вы там хорошенько... Кстати
вот тут у вас один красавец - математик. Он сосчитает, что надо. На Северной
стороне это... эскадрон этот... Туда поедете...
- На Северной? Я что-то не видал на Северной кавалерии... - качнул
серой от проседи головой долгоносый Кароли, очень загорелый, почти
оливковый, приземистый и излишне полный.
- На Северной артиллерия, - сказал Мазанка, - а кавалерия наша,
кажется, в Балаклаве...
- Вот, черт знает, "кажется". Заведующий хозяйством должен знать, а не
то чтобы "кажется"! В Балаклаве же, конечно, а не... не на этой, как ее
называют?.. На Северной! Не на Северной, нет, а, разумеется, в Балаклаве.
И даже как будто рассердился немного Полетика, а Ливенцев, еще не
привыкший к нему и удивленно его наблюдавший, с наивностью кабинетного
человека, имеющего дело с точными и строгими рядами формул и цифр, поднял
брови, присмотрелся внимательно к своему командиру и сказал весело:
- Вообще, господин полковник, этот таинственный эскадрон надо во что бы
то ни стало разыскать и... распечь за то, чтобы он не прятался!
Высокий, с подстриженной бородкой, еще не старый, темноволосый,
говоривший певучим тенором, единственный из трех, красавец Мазанка посмотрел
на Ливенцева неодобрительно, но Полетика думал, видимо, о другом и даже не
расслышал того, что сказал этот худощавый, но крепкий, со стремительным
профилем прапорщик, он копался в это время в бумагах и бормотал:
- Шоссе... шессо... шессо... Сколько там шессо? Двенадцать верст?.. До
Северной... то есть до Балаклавы... Возьмите линейку, кучер вас довезет.
- А когда вернемся - вам доложить? - спросил Мазанка.
- Доложить? Гм... Доложить-доложить, - а что тут такое докладывать?
Напишите рапорт по форме, - там посмотрите, как это пишется, по какой
форме... Доложить!.. Будто там вы у него обнаружите что-нибудь, у этого
ротмистра... Лоскутова... Я его видел, помню... Усы такие длинные, черные...
Ну, идите, черт возьми, что же вы стоите?



Назад