70b9f162     

Сергеев-Ценский Сергей - Весна В Крыму (Преображение России - 15)



Сергей Николаевич Сергеев-Ценский
Преображение России
Эпопея
Весна в Крыму
Роман
{1} - Так обозначены ссылки на примечания соответствующей страницы.
Содержание
Глава первая
Глава вторая
Глава третья
Глава четвертая
Глава пятая
Примечания
ГЛАВА ПЕРВАЯ
1
Было утро 20 февраля 1917 года, когда художник Алексей Фомич
Сыромолотов сказал за чаем своей молоденькой жене:
- Ну, Надя, сегодня я решил поставить точку. Свою "Демонстрацию перед
Зимним дворцом" считаю вполне законченной. Ни одного мазка добавить к ней не
могу и даже боюсь, чтобы не засушить.
- А что это значит "засушить"? - спросила Надя, некрупная, русоволосая,
с голубыми спокойными глазами, начавшая уже убирать со стола лишнюю посуду.
- Вот на-а! Не знает, что значит "засушить"! - с виду как бы удивился
Алексей Фомич. - Это значит переборщить, перемудрить, а в результате
испортить картину... Начнет художнику казаться, что вот бы добавить еще
такую деталь, а в ней, в этой детали, совсем никакой надобности нет, а есть
только прямой вред: упрется зритель в нее глазами, и ее, эту деталь-то, он,
конечно, разглядит, а целое упустит... Из-за деревьев леса не заметит! Из-за
букашек и таракашек - слона!.. Каждая деталь должна в одну общую цель
стрелять, а не раскорячиваться самовольно и неизвестно, зачем именно!
Алексей Фомич встал и сделал по столовой несколько медленных и тяжелых
шагов, отчего зазвенели на столе стаканы, и, увидя, что Надя взяла в руки
полотенце, чтобы начать мыть в полоскатель-чашке и вытирать посуду, взял ее
за руку и сказал:
- Брось-ка это, Надя, и давай посмотрим на картину как посторонние
люди, но-о... знатоки искусства! Такие, что пальца им в рот не клади, -
откусят! Помаши-ка вот так рукой перед глазами и свою привычку к картине
смахни, - поняла?.. Ты теперь не ты, а какая-нибудь Фелицата Кузьминишна, -
и не какая-нибудь так себе вообще, а тоже художница, вроде Виже Лебран, и
можешь мне прописать ижицу!
- Не пойму, Алексей Фомич, что тебе еще от меня надо, - несколько
недовольно сказала Надя, - я тебе, кажется, все сказала, что мне казалось
нужным...
- Все?.. Вот как!.. А пер-спек-тива? - И Алексей Фомич покачал влево и
вправо головой.
- Какая такая перспектива? - удивилась Надя, Алексей же Фомич почти
испугался:
- Ты... жена художника... не знаешь... что называется перспективой?
- Ты мне никогда не говорил о ней, - защитилась, но покраснела Надя.
- Не говорил?.. Неужели не говорил?.. Значит, думал, что тебе это там,
в твоей гимназии, говорил учитель рисования!.. А если он вам, девицам, не
говорил, что такое перспектива, то почему же, спрашивается, его держали в
гимназии? Что же это такое? Может быть, у тебя даже и чувства перспективы
нет, а?
- Не знаю, есть или нет, - созналась Надя, сидевшая все еще с
полотенцем в руках.
- Вот, например, что такое перспектива линейная, - так как есть еще и
воздушная, - она касается красок. Видишь, - дверь: обе половинки закрыты...
Какая фигура каждой половинки? Геометрию-то у вас преподавали?
- Прямоугольники это, - слегка вздохнув, не совсем уверенно ответила
Надя.
- Прямоугольники, - очень хорошо!.. Хорошо, что не сказала: квадраты...
А если эту половинку я открою, то какая фигура получится тогда?
И Алексей Фомич открыл дверь и впился испытующим взглядом в
растерявшиеся от неожиданности глаза Нади.
- Какая же фигура может получиться из прямоугольника, кроме того же
прямоугольника? - проговорила Надя. - Ведь это не из ниточки прямоугольник,
а из доски.
- Та-ак! -



Назад